Как закон FATCA отразится на российских банках – комментарий Павла Медведева

Комментарий Павла Медведева по вопросу FATCA в эфире Эхо Москвы в передаче «Разворот».

Прослушать

 

И. ЗЕМЛЕР — 16.04. Павел Медведев, финансовый омбудсмен. Здравствуйте.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Здравствуйте.

 

И. ЗЕМЛЕР — Меньше чем через два месяца с 1 июля в США вступит в силу закон, согласно которому банки со всего мира должны делиться с властями США информацией о своих вкладчиках американцах. Заявленная цель закона — избежать уклонения от американского налогообложения среди граждан США. С тех банков, которые не готовы подчиниться требованию, банки-контрагенты в США обязаны будут удерживать налог в размере 30 процента с ряда платежей, включая доход от инвестиций. Россия не готова к такому переходу. Велись переговоры об уведомлениях со стороны России американских полномочных органов, но переговоры прекратились после того, как начали вводиться санкции в отношении России. О каком размере средств для российских банков может идти речь?

 

П. МЕДВЕДЕВ — Это очень трудно понять, потому что никто еще не попробовал. Нужно покупать софт американский, с помощью которого информация будет передаваться. Никто этого еще не успел сделать. Хотя морально мы уже готовы…

 

И. ЗЕМЛЕР — Не успел сделать чего именно?

 

П. МЕДВЕДЕВ — Купить, установить. Отладить. Сколько это будет стоить. Мы узнаем после того, как кто-то вступит в те отношения, которые положены по FATCA.

 

А. ДУРНОВО – Этот софт необходим для передачи данных от клиента.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Американцы настаивают на том, чтобы программы были такие, которые им удобны.

 

И. ЗЕМЛЕР — А сейчас еще возможно приобрести этот софт?

 

П. МЕДВЕДЕВ — Конечно.

 

И. ЗЕМЛЕР — Продолжаются ли отношения между российско-американской финансовой системы в свете того, что происходит?

 

П. МЕДВЕДЕВ — Теперь правительство решило, что каждый банк должен в отношения вступать сам. Так как правительство не успело, 4 года не хватило, чтобы договориться. Теперь за 4 недели…

 

И. ЗЕМЛЕР — Но проблема в том, что по данным РИА-Новостей крайний срок для подачи заявлений со стороны отдельных российских банков истек в понедельник.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Это правда. Но американцы несколько раз отодвигали сроки наказаний. Насколько я понимаю, теперь один срок важный это 1 июля. Когда надо уже вступать в отношения, но еще не будут наказывать за нарушения. Наказывать будут только с конца марта 2015 года. Да, 5 мая это был некоторый Рубикон, мы не успели.

 

А. ДУРНОВО – Остается еще два месяца. Реально ли что-то сделать?

 

П. МЕДВЕДЕВ — Это же Россия, через «е» пишется. Мы долго запрягаем, 4 года запрягали. Сейчас быстро поскачем. Так и доскачем до 1 июля. Я думаю, что банки вынуждены будут сейчас в пожарном порядке делать то, что нужно для того чтобы вступить в отношения по FATCA. У них нет выбора. Особенно для крупных банков, которые, безусловно, имеют корреспондентские счета в иностранных банках. А вы понимаете, из того, что вы прочли, могло сложиться не совсем точное представление о масштабе бедствия. Не только американские банки корреспонденты будут списывать 30%, с некоторых не со всех сумм, которые будут переводиться в Америку, но и все те банки, которые будут действовать в рамках FATCA, находящиеся в Монголии, например. Тоже будут списывать 30%.

 

И. ЗЕМЛЕР — По всему миру филиалы американских банков…

 

П. МЕДВЕДЕВ — Не филиалы, а те банки, которые вступили в эту сеть, среди прочих своих обязательств берут и такое. Списывать 30% с тех денег, которые имеют какое-то отношение к Америке. Все-таки не со всех денег.

 

И. ЗЕМЛЕР — С полусотней стран заключено соглашение FATCA, и 50 стран будут применять все меры.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Да, так как если бы они были Америкой.

 

А. ДУРНОВО – Было 4 года, правительство вело переговоры, а потом правительство сказало, банки пусть ведут переговоры.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Правительство долго не вело переговоры, объясняли всему миру, что это совершенно незаконный закон. Что это дискриминационный закон. Как так в Америке принят закон и мы должны его исполнять и действительно странно. Правда, я бы на месте правительства схватился за этот закон двумя руками, потому что это такой подарок, что лучше не придумаешь. Сколько денег американцев в России я не знаю, но думаю, что какие-то гроши. А сколько денег россиян в Америке я могу себе представить. Я думаю, как минимум десятки миллиардов долларов, а скорее сотни. И нам бы заключить договор на паритетных началах, как сделали европейские страны, и лица мы не потеряли и приобрели бы возможность контролировать своих уклонистов.

 

А. ДУРНОВО – То есть Россия получила бы доступ к этой информации

 

П. МЕДВЕДЕВ — Такого типа договоры заключили практически все европейские страны. Крупные во всяком случае. Швейцария.

 

И. ЗЕМЛЕР — Мы говорим об обмене информацией, но есть у нас закон о банках и банковской деятельности, в которой есть большая глава – банковская тайна. Эта глава практически всем запрещает передавать информацию об операциях, проводимых клиентами третьим лицам. Если бы не один пункт. Банк России вправе предоставлять сведения о конкретных сделках и операциях, а также о сделках и об операциях клиентов центральным банкам или иным органам надзора иностранных государств, в функции которых это входит. Этот пункт может спасти ситуацию?

 

П. МЕДВЕДЕВ — Нет. Потому что уже понятно, что межгосударственных соглашений не будет. Соглашения с американцами, только одно соглашение надо заключить. И если было бы такое соглашение, тогда бы информацию передавал не ЦБ. А налоговые службы. Правительство формально, а реально налоговые службы. Но в процессе переговоров можно было бы легко поправить эту статью. Эту статью когда-то грешным делом я писал своей рукой. Там было 10 строчек. А теперь я распечатал, готовясь к передаче, и оказалось там несколько страниц. И в основном страницы не про то, от кого и какую тайну надо скрывать, а о том, какие есть исключения, кому можно передавать.

 

И. ЗЕМЛЕР — В таком случае можно ли поправить российский закон с тем, чтобы у банков, корреспондирующих с американцами, были реальные права проводить работу, чтобы не получилось так, как должно получиться, как нам сейчас прогнозируют.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Это придется сделать и правительство обещало это сделать.

 

И. ЗЕМЛЕР — В какой период времени?

 

П. МЕДВЕДЕВ — До 1 июля правительство, когда я слышал обещание, имело в виду, что это можно было сделать. То есть в эту сессию парламента.

 

И. ЗЕМЛЕР — Только внести закон или чтобы он вступил в действие?

 

П. МЕДВЕДЕВ — Он должен вступить в действие конечно. Иначе не то чтобы конец света, потому что отношение к закону в России довольно прохладное, можно кое-что делать по понятиям и отложить наказание за то, что закон нарушается. Но лучше было бы конечно, поправку внести и правительство обещало это сделать.

 

А. ДУРНОВО – Я правильно понимаю, что у нас есть возможности этого 30% налога избежать?

 

П. МЕДВЕДЕВ — Я очень на это надеюсь. Дело даже не только в 30% налоге. Боюсь, что значительно более важным будет пятно на репутации банка. Этот банк изгой. Он не вступил.

 

А. ДУРНОВО – Международной репутации.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Боюсь, что это будет более важно, чем 30%, потому что 30% я не думаю, что придется чаще платить. 30% придется платить из тех средств, которые переведены в Америку или Монголию, неважно, а если эти средства имеют какое-то отношение к Америке. Например, американцы построили здесь какой-то завод, он получает прибыль и прибыль пытаются перевести, например, в Америку. Через Монголию. В Монголии снимут 30%, если заподозрят, что это те деньги имеют отношение к капиталовложениям американским.

 

А. ДУРНОВО – То есть, есть риск потери потенциальных вкладов.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Есть риск превратиться в маргиналов. Сейчас американцы очень строго следят за порядком на финансовом рынке. Недели 2-3 назад случайно попал на передачу из Франции, где журналистка брала интервью у экономиста. И мы знаем, что русских ненавидят американцы, а французы точно знают, что их. Так вот французская журналистка спрашивает: почему же у такого-то банка такая маленькая прибыль. БНП Париба. В 2013 году. Оказывается, американцы оштрафовали больше, чем на миллиард долларов.

 

И. ЗЕМЛЕР — За последние 6 лет американцы очень внимательно следят за своей банковской системой…

 

П. МЕДВЕДЕВ — За чужой банковской системой следят.

 

И. ЗЕМЛЕР — И за чужой тоже.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Так вот не только этот банк, но и многие другие европейские банки были оштрафованы почти на 7 миллиардов долларов за то, что их клиенты имели дело с теми странами, с теми фирмами, которые не нравятся американцам. Боюсь, что мы можем попасть в разряд таких…

 

А. ДУРНОВО – А сейчас мы так не воспринимаемся.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Мы воспринимаемся уже не очень хорошо. Это не связано с FATCA. С другими событиями. Некоторые банки уже совсем плохо воспринимаются. К счастью их немного и они не играют важной роли в российской экономике.

 

А. ДУРНОВО – А ведущие российские банки.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Пока, слава богу, совершают операции ровно так, как год назад.

 

И. ЗЕМЛЕР — И каков процент этих операций через страны, которые являются участниками FATCA.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Да все операции. Потому что представьте страну, которая не является. Тогда у нее возникают те проблемы с Монголией, которые я только что описывал. Значит, она решает, что ей не надо быть исключением и тоже вступает в FATCA. Я думаю, что исключений не будет.

 

И. ЗЕМЛЕР — И насколько справедливо соглашение об ассоциации, Сергей Алексашенко, бывший зампред ЦБ сказал, что если Россия все оставит как есть, то с 1 июля потери могут быть куда ощутимее, чем от тех санкций, которыми грозят американцы.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Я должен интерпретировать его слова таким образом, что физически FATCA не очень страшна. То есть выплаты 30%, для какого-то банка это может быть смерть, но банков пока еще 900, поэтому переживем. Но то, что имидж России при этом еще больше портится, это правда.

 

А. ДУРНОВО – Каковы будут экономические потери?

 

П. МЕДВЕДЕВ — Наложили санкции на Иванова, Петрова, Сидорова.

 

И. ЗЕМЛЕР — На Иванова точно.

 

П. МЕДВЕДЕВ — В макросмысле это даже не комариный укус. В статистике экономической эти санкции обнаружить невозможно. Но тут же оказалось, что рейтинги наши ухудшились, это значит, что удорожились заграничные кредиты. И это значит, что многие те контрагенты, которые готовы были кредитовать, теперь не будут ни под какие проценты. И так далее.

 

И. ЗЕМЛЕР — И все-таки невыгодно ли будет клиентам этих российских банков в случае налогов, которые будут вводиться, просто убрать свои счета из этих российских банков.

 

П. МЕДВЕДЕВ — И куда перевести?

 

И. ЗЕМЛЕР — Допустим, в отделение иностранного банка.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Но иностранный банк тоже в этой FATCA.

 

И. ЗЕМЛЕР — А у него скорее всего заключено соглашение и нет 30% налога.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Ну, да, может быть и так, но во-первых это очень трудно сделать, а во-вторых это такой для России неприятный эффект будет иметь. И так очень многие, 60 млрд. или около того в первом квартале только ушло за границу. Это значит, кто-то открыл счета в иностранных банках. Нам это не нравится. Капиталовложения просто вопрос жизни и смерти для нас, оказывается, они утекают за границу.

 

И. ЗЕМЛЕР — Для того, кому принадлежат эти деньги это тоже вопрос жизни и смерти.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Конечно. Да. Так вот это и называется инвестиционным климатом. Про который нам президент говорит, что надо улучшать.

 

А. ДУРНОВО – Каковы риски для вкладчиков и означает ли это, что эти деньги будут выплачиваться из средств вкладчиков? Или из средств самого банка.

 

И. ЗЕМЛЕР — Или с операций.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Если кто-то что-то кому-то должен отдать, принадлежащее гражданам или юридическим лицам данной страны, то в конце концов все убытки перекладываются на граждан. Других источников нет.

 

И. ЗЕМЛЕР — Вопрос пришел: коснется ли это оплаты за товары в американских интернет-магазинах?

 

П. МЕДВЕДЕВ — Думаю, что нет, если только эта оплата будет возможна. Если банк будет маргиналом, очень возможно, что ему закроют корсчет в американском банке и заплатить будет невозможно.

 

И. ЗЕМЛЕР — Допустим сбербанк.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Сбербанк ведет себя очень осторожно.

 

А. ДУРНОВО – А коснется ли это платежных систем Виза и Мастеркард? Или это другая история.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Это другая история я думаю. Визы и Мастеркарда уже коснулся один закон, один закон придумали для них. Я думаю, что им достаточно.

 

И. ЗЕМЛЕР — А кстати, все-таки очень многих волнует вопрос, что будет с этими системами, как они будут работать в России. Какой-то прогноз.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Если мы не будем слишком мазохистами, то все будет хорошо. Но пока мы взяли и пригрозили по существу Визе и Мастеркард закрыть их бизнес в России. Но это просто сумасшедший дом. Простодушные люди говорят, ну и ничего, вернемся к Советскому Союзу, платили же в сберкассе, стояли в очереди. Не вернемся. Потому что 50 миллионов граждан имеют кредиты в банках. И по моим представлениям, в среднем по два кредита на человека. Это значит два платежа 50 миллионов граждан в месяц делают. Такого при советской власти не было. При советской власти получить телефон обычный стационарный было целое дело. Теперь телефонизирована вся страна и некоторые люди имеют по 2-3-5 телефонов и они платят не раз в месяц. А значительно чаще. Это значит все эти люди выстроятся в очереди, чтобы физически заплатить. Это конец света. В конце 70-х годов было серьезное исследование, вычислено было, на что тратится больше времени, на последний передел продовольствия, масло делают, это требует времени определенного. Или на то, чтобы это масло купить. Оказывается, в очередях люди стояли дольше, чем они же на рабочем месте, чтобы сделать ту продукцию, которую они покупали. Я боюсь, что-то похожее произойдет с платежами.

 

И. ЗЕМЛЕР — Вы эти соображения доводили до тех, кто там принимает решения?

 

П. МЕДВЕДЕВ — Я не вхож туда, где принимаются решения. На круглых столах я постоянно присутствую. Я очень был рад, что вы меня пригласили. Я надеюсь, что эта капля сейчас капает на нужную чашу весов.

 

А. ДУРНОВО – Я тогда, пользуясь случаем спрошу вас о перспективах создания российской платежной системы собственной отечественной, о которой говорят. Сможет ли она заменить Визу и Мастеркард. И сколько времени уйдет на создание?

 

И. ЗЕМЛЕР — Ее перспективы на внешнем рынке.

 

П. МЕДВЕДЕВ — На круглых столах я всегда спрашиваю, что имеется в виду. Эта платежная система будет до какой степени российской. Тот сервер, на котором она будет висеть, это очень сложная машина, очень надежная, большая. Производится в основном в Америке или где-то по американским или японским или южнокорейским лицензиям. Вот этот сервер будет наш или иностранный. Первый вопрос. Программа будет наша или иностранная. Чипы наконец на карточках будут наши или иностранные.

 

И. ЗЕМЛЕР — Или китайские.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Китайские я вам уже сказал историю про штрафы. Китайских не будет. Потому что, продолжая отчасти эту историю про штрафы, на круглых столах конечно присутствуют люди, которые при советской власти работали в айти, они говорят, при советской власти воровали и сейчас продолжим. Не продолжим. Потому что раньше платили долларами, которые в сумке таскали или через какие-нибудь южноамериканские страны, которые не контролировались в финансовом смысле американцами, а теперь не заплатишь…

 

И. ЗЕМЛЕР — Это у нас соединились две эти казалось бы, немножко разные темы. Что мы даже не сможем сейчас создать национальную платежную систему, потому что надо проводить платежи через банки системы FATCA.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Да. Отчасти так.

 

А. ДУРНОВО – Не может ли быть так, что заявления про собственную российскую платежную систему, это просто популизм. Дескать, граждане не беспокойтесь…

 

П. МЕДВЕДЕВ — Я думаю, что совершенно искренне, вы люди молодые, а я очень много отпраздновал побед. Несколько раз построение коммунизма в Советском Союзе, несколько раз решения жилищной проблемы каждой семье советской, потом российской отдельной квартиры.

 

И. ЗЕМЛЕР — Победу коммунизма мы все отпраздновали.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Вы про коммунизм небось только первый раз от меня услышали.

 

И. ЗЕМЛЕР — Да ладно. Спасибо конечно.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Мы вместе уже отпраздновали создание в Москве международного финансового центра. Забыли, теперь у нас следующая проблема. Мы теперь будем создавать свою платежную систему. Ну отпразднуем через некоторое время.

 

А. ДУРНОВО – То есть что-то появится…

 

П. МЕДВЕДЕВ — Если мы не будем договариваться со всем миром, не появится ничего, кроме праздника очередного.

 

И. ЗЕМЛЕР — Павел Алексеевич, давайте все-таки вернемся к непростой теме с системой FATCA. Вот два месяца, и два варианта. Что мы должны и можем успеть сделать, чтобы ничего страшного не произошло, и что страшное произойдет, если мы так ничего и не сделаем.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Я думаю, что важнейшие банки сделают то, что надо. Они договорятся напрямую, как и предполагается FATCA. Либо напрямую, либо через договор со страной. Можно так и сяк. И пойдут по первому пути…

 

И. ЗЕМЛЕР — А если вторая сторона не захочет вести переговоры.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Я думаю, что захочет, потому что отказ от переговоров с важнейшими банками это эквивалентно санкциям. По моим представлениям Запад не хочет наказать широкие массы россиян. А если санкции будут наложены на крупные важные банки, то это будет очень тяжелое наказание. Как мы только что с вами пытались понять.

 

И. ЗЕМЛЕР — То есть не смогут договориться только те банки, на которые уже наложены санкции.

 

П. МЕДВЕДЕВ — На которые наложены санкции, наверное, не захотят договариваться. Им особенно и не нужно. Боюсь, что очень многие мелкие банки, которые играют важную роль, в провинции особенно, не смогут вовремя договориться, потому что кадров нужных нет, в крупных лучших российских банках кадры экстраординарные просто. Очень хорошие специалисты. Они смогут и сделать и договориться.

 

А. ДУРНОВО – Этот сценарий, при котором лучшие российские банки топовые сами договариваются с FATCA. Получается так, что договор будет, налог платить не будут, США будут получать информацию об их вкладчиках, а Россия нет.

 

П. МЕДВЕДЕВ — К сожалению, 4 года потрачены впустую. Грешным делом я пока был депутатом, несколько больших начальников просто уговаривал более интенсивно заняться этим делом. Но мы принимали только декларации о том, что это ай-ай, нехорошо.

 

И. ЗЕМЛЕР — И еще есть ли возможность у мелких региональных банков, которые по каким-то причинам не смогут сами договориться, провести либо соглашение, либо какую-то трассу через крупные банки, которые смогут договориться, чтобы не пострадали вкладчики в регионах.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Этого я не знаю. И думаю, что все-таки мелкие банки, скорее всего, довольно долго смогут прятать голову под крыло, до тех ровно пор, когда поймут, что, не буду называть, без какого-нибудь крупного российского банка они не могут дальше жить.

 

 

И. ЗЕМЛЕР — То есть это для них выход, но выход, которым они не хотят пока пользоваться.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Я думаю, что они все хотят, но не все могут. Это дорогостоящая вещь и в том смысле, что нужно купить соответствующие программы и нанять квалифицированных людей.

 

И. ЗЕМЛЕР — И все-таки, если и крупные банки так и не смогут договориться за два месяца, пессимистичный сценарий.

 

П. МЕДВЕДЕВ — Это очень плохо. Это значит, что они становятся маргиналами, и к ним с подозрением относятся другие банки. И для того чтобы доллары забирать за границей, которые мы имеем право забрать, потому что это плата за нашу нефть или газ, будут пересекать границу не так быстро, как было год назад, а после разных проверок. Затяжек и так далее. Мое предположение такое. Но еще раз повторяю, я все-таки очень надеюсь, что крупнейшие банки договорятся, и будут выполнять, к сожалению, в одностороннем порядке этот закон. И все будет более-менее благополучно.

 

И. ЗЕМЛЕР — Спасибо большое. С нами был Павел Медведев, финансовый омбудсмен России. Мы говорили о перспективах для российских банков.

 

 

 

http://www.echo.msk.ru/programs/razvorot/1314018-echo/

 

 

 

.

FATCA в России. Выполнение требований и практическая реализация FATCA © 2012-2014 Все права защищены. Запрещено использование материалов сайта без согласия его авторов и обратной ссылки.

.

MAXCACHE: 0.35MB/0.00747 sec